РАФАЭЛЬ И МИКЕЛАНДЖЕЛО В ВАТИКАНЕ

Сикстинская капелла
  • 240 € / с группы ( 1- 8 человек)
  • 4  часа
  • Не включено в стоимость: входные билеты в Музеи
  • Место начала экскурсии: по согласованию с гидом

ЗАКАЗАТЬ ЭКСКУРСИЮ

Микеланджело и Рафаэль, их слава живет в веках, их творения, несмотря на прошедшие столетия, не утратили своей красоты. Их лучшие работы находятся в Музеях Ватикана.

Соперничество двух гениев, постоянно разжигаемое Римскими Папами, привело к тому, что каждый из них преодолел лимит человеческих возможностей и создал настоящие шедевры.

Сикстинская Капелла Микеланджело уже стала легендой. «Как он это сделал, ведь человек на это не способен», вот что проносится в умах восторженных зрителей, прежде, чем их внимание будет поглощено красотой и глубоким религиозным содержанием фресок Буонаротти.

А всего в нескольких десятках метров от Сикстинской Капеллы, Рафаэль, расписывая папские апартаменты, в четырех фресках одного зала выразит весь духовный смысл эпохи Возрождения.

Выбор этого маршрута подойдет Вам, если встреча с Музеями Ватикана у Вас уже не первая, или, если творчество Микеланджело и Рафаэля представляет для Вас особый интерес. Вся наша экскурсия будет посвящена Станцам Рафаэля, Сикстинской Капелле, холстам и гобеленам мастеров, экспонируемым в Пинакотеке.

При желании, к экскурсии можно добавить и посещение Собора Святого Петра.

Сикстинская капелла
Рафаэль в Ватикане
оплакивание микеланджело

Человек, который спас купол Сан Пьетро

Представить Рим без купола Собора Святого Петра почти невозможно. Величественный и легкий, он венчает панораму города, вдохновляя каждого, кому повезет его увидеть. 

Что-то сверхчеловеческое, божественное ощущается в его силуэте и, кажется, что пока он есть, будет и Рим. 

Но был в истории момент, когда папы находились в шаге от приказа снести величественное строение. Если бы это произошло, возможно судьба Рима и, даже всей Европы, стала бы другой. А спасла Купол смелость и вера одного совершенно обычного человека. 

Первый камень Собора Святого Петра был заложен в 1506 году. Очень скоро станет понятно, что возведение Купола – куда более сложная задача, чем казалось в начале. Купол Санта-Мария-дель-Фьоре, творение Брунеллески, и свод Пантеона могут служить не более, чем источниками вдохновения. Слишком многое их отличает от особенностей храма в Ватикане, строительство которого обретало все большую важность. Собор Святого Петра должен был превратиться в воплощение могущества и власти Католической Церкви. 

Провал был абсолютно недопустим. В 1547 году приняли решение назначить главным архитектором Микеланджело Буонарроти. Правивший на тот момент Папа Павел III Фарнезе, в душе всегда восхищался гением великого флорентийца и был уверен, что только ему, Микеланджело, эта задача по плечу. Тем более, что у папы уже имелись доказательства гения великого скульптора - фрески Сикстинской Капеллы в Ватикане.

Принимая предложение, Микеланджело не ожидал, что вместе со сложной задачей на него обрушится каскад интриг, скандалов и коррупции, процветающих вокруг строительства Купола уже несколько десятилетий. 

Тогда новый архитектор выдвинул папе непростое условие. Он готов отказаться от гонораров за работу, но взамен хочет абсолютную власть на стройке. Павел III согласился. Даже нашел возможность все-таки выплачивать Буонарроти деньги под видом папской милости к праздникам. Такой подход очень скоро дал свои плоды, работы сдвинулись с мертвой точки и в римском небе начал формироваться барабан, нижняя часть будущего Купола. 

В мае 1555 года работы резко остановились. После смерти Павла III на престол взошел кардинал-инквизитор Джанпьетро Караффа, выбравший имя Павла IV.

Выходец из знатной и богатой неаполитанской семьи, страстный борец за ортодоксальный католицизм, Караффа ненавидел лютой ненавистью каждого, кто смел даже в одиночестве размышлять об отдалении от традиционной линии Церкви. Микеланджело с его смелыми мыслями и гуманизмом был давно внесен в список врагов нового папы. Павел IV осознавал всю важность строительных работ и понимал, что на кону престиж Католической Церкви, но не мог справиться с ненавистью. Буонарроти был удален из Ватикана, в одно мгновение превратившись из влиятельнейшего человека в изгоя с армией врагов. Ему еще повезло, что он остался жив.

Рим все четыре года правления Павла IV наблюдал, как с фанатичным неистовством евреев запирали в гетто, в запрещенный список вносились все новые и новые книги, на костер отправлялись гомосексуалисты. Досталось даже итальянской кухне, где сегодня картофелю отведено совсем скромное место. Как считают некоторые исследователи, возможно, это из-за памяти о жестоком терроре, который папа устроил этому клубнеплоду. 

После смерти Павла IV новый папа выбрал имя Пия IV. Это имя означало «милосердный», «милостивый». Казалось, он уже с самого начала хотел заявить, что собирается загладить все то, что натворил предшественник. 

Одним из первых шагов было возвращение Микеланджело в Ватикан с восстановлением почти всех привилегий. Но, увы, была потеряна самая невосполнимая вещь в нашем мире – было потеряно время. Земной путь Буонарроти подходил к концу. Он успел только завершить барабан, контрфорсы которого очень скоро обовьет плющ. Никто не смел даже подумать о том, чтобы продолжить работу гения. Казалось, что огромная дыра над Собором никогда не будет перекрыта.

Только двадцать с лишним лет спустя ситуация изменилась. В 1585 году в Ватикане прошел конклав с одним из самых неожиданных результатов за всю историю. Под именем Сикста V на трон Петра взошел Феличе Перетти. 

Он родился в семье садовника в маленьком городке в Ле Марках. Первой работой мальчика было пасти свиней. Будучи от природы очень смышленым, Феличе смог воспользоваться социальным лифтом своего времени, став монахом. Действительно монастыри прокладывали дорогу талантливой молодежи на самые высокие ступени церковной иерархии, обеспечивая постоянный приток свежих взглядов и идей. 

После такого результата конклава Рим замер, пытаясь понять, какая закулисная игра привела к этому выбору и что теперь нужно ожидать. Только Сикст V знал, что там, в Сикстинской Капелле под фресками Микеланджело, на него указал Божий перст только потому, что он должен завершить Купол. 

Однако путь к высокой цели был прегражден состоянием дел в городе. Бандитизм и коррупция были ужасными. Все с ужасом ждали новой амнистии, такой акт милосердия всегда сопровождал выборы папы. Сикст V действительно явил миру акт милосердия, хотя и несколько неожиданный. Он приказал казнить всех за любое уголовное преступление и выставлять их головы на мосту Ангела. Жизнь сохранили только тем, кто уже оказался в тюрьме до избрания Сикста папой. 

С коррупцией папа бороться не стал, понимая, что победить ее не в его власти. Он взял ее под контроль и сам существенно пополнил городскую казну за счет продажи должностей. Изменения коснулись и административной системы, которую полностью реформировали. Папа не желал мириться со средневековыми неудобствами государственного аппарата и создал новый, настолько эффективный, что он до сих пор работает в Ватикане. 

В Рим пришли порядок, чистота и спокойствие. Среди прочих забот Сикст V не забыл о восстановлении акведуков и создании новых улиц.  

Теперь можно было приступать к Куполу. Папе пришлось столкнуться с неожиданной дилеммой - выбор архитектора. Он уже много лет покровительствовал Доменико Фонтана, который никогда не работал в Соборе. С главным архитектором Собора, Джакомо Делла Порта найти общий язык у папы не получилось. Делла Порта был большим сибаритом, который не мог жить без земных радостей. Аскет и мистик по натуре, Сикст V часто его просто не понимал. Только заменить Делла Порта было не так просто. Архитектор пришел в Собор еще во времена Микеланджело, знал всю работу стройки в мельчайших деталях и, хоть особыми талантами не обладал, смог сделать гораздо больше, чем именитые предшественники. 

К тому же возобновление работ с Куполом могло принести много неприятных сюрпризов. В Апостольском Дворце хранилась только четырехметровая модель купола в масштабе 1:15. Больше никаких чертежей и данных. Все нужно было делать заново. К счастью, папа сделал правильный выбор между дружбой и профессионализмом, выбрав последнее. 

Именно Джакомо Делла Порта было приказано готовить чертежи для возобновления работ. Главный архитектор прекрасно понимал, что армия сторонников Фонтаны вряд ли позволит ему чувствовать себя спокойно в Ватикане. Поэтому он удалился в стены монастыря Святого Павла под благовидным предлогом необходимости иметь больше пространства. В считанные дни он предоставил Сиксту V новый проект, немного отличавшийся от идей Микеланджело. Купол стал легче и выше. Двойную структуру, предложенную флорентинцем, архитектор сохранил. Внешний купол будет предохранять основной несущий от влаги и жарких лучей солнца, препятствуя возможной деформации. 

Летом 1588 года Сикст V рассматривал огромные чертежи, разложенные на полу в Сан Паоло. В таких случаях обычно начинались совещания и советы, архитекторов засыпали вопросами и до окончательного утверждения проходили недели и месяцы. В этот раз папе хватило нескольких минут, чтобы все оценить. Единственный вопрос Сикста V касался сроков работы.

Понимая, что Святой Отец уже не молод, Делла Порта в ответ назвал дипломатическую цифру в десять лет, прекрасно зная, что реальные сроки будут в два раза длиннее.

Ответ папы обескуражил всех. Он принял проект и поставил свой срок - тридцать шесть месяцев. К работе Делла Порта должен был приступить немедленно. 

Попытаться объяснить папе, что, например, первый архитектор Браманте потратил семь лет на возведение только пилястр, а Микеланджело в общей сложности проработал над барабаном семнадцать лет, мог только тот, кто никогда не встречался с Сикстом. Возражать ему было бессмысленно и даже опасно. 

Делла Порта оказался перед объективно невыполнимой задачей, прекрасно понимая, что, если указанный святым отцом срок будет нарушен, даже чудо не спасет его голову от появления на мосту Ангелов. 

Начался его марафон против времени, законов физики и человеческих возможностей. Стройка не останавливалась даже ночью. Изменения постоянно вносились в ходе работы. Иногда доходило даже до забавного. Например, саркофаг папы Иннокентия IV превратили в емкость с водой для замешивания цемента. В зимние месяцы рабочие держались замерзшими пальцами за леса, а летом мирились с расплавленным от жары сыром в бутербродах. И все, включая архитектора, старались смотреть вдаль на холмы, только бы не опускать глаза вниз и не видеть под собой бездну строящегося храма.  

Результаты этой сумасшедшей гонки были видны к Рождеству 1588. Купол вырос на 12 метров, а 21 мая 1590 года, спустя всего двадцать два месяца с начала работ, Купол был завершен. 

Он на тридцать метров превосходил по высоте Флорентийский и был в три раза выше купола Пантеона. Купол над Собором Святого Петра стал одним из величайших архитектурных строений в мире, физически олицетворяя силу и власть Ватикана.

Спустя век с небольшим Купол, возведенный такими усилиями, покрылся трещинами. В 1742 году стало понятно, что медлить больше нельзя. Необходимо понять его реальное состояние и принять решение, которое, к несчастью, было очевидным, учитывая количество и ширину повреждений. 

В Ватикане собрали лучших ученых. Три священника математика :отец T. Le Seur, монах-минимум F. Jacquier и иезуит R.G. Boscovich, впоследствии их назовут «комиссией трех математиков», вместе с главным архитектором Собора Луиджи Ванвителли провели подробный анализ и кинетические расчеты. 

Результаты были безнадежны. Барабан слишком тонкий для того, чтобы выдерживать купол, из-за этого и появились трещины. Микеланджело ошибся и это просто чудо, что Купол до сих пор не рухнул на головы верующих и святых отцов. Его нужно разобрать как можно скорее.

Хотя, заключение экспертов было секретным, в Риме начался переполох. Слишком непростой была ситуация в 1743 году. Раскол между верой и наукой углублялся, в обществе бушевали антицерковные настроения, европейские монархи все больше демонстрировали свою независимость. Лишиться в такое время символа церковного могущества могло привести к непредсказуемым последствиям. 

Да и с финансами на возведение нового купола теперь могли быть проблемы. В свое время Мартин Лютер невольно положил начало протестантству, возмутившись размахом строительства и тратами на храм в Ватикане. А теперь, было даже страшно представить, что, возможно, придется продавать папам, чтобы покрыть расходы.

С другой стороны, если вдруг решение о сносе купола и о возведении нового будет принято, в Риме откроется самая престижная строительная площадка в Европе. Она принесет баснословные барыши всем, кто окажется с ней связан. 

На папу давили обе стороны. Бенедикт XIV понимал, что избежать принятия сложнейшего решения ему не удастся, а если допустить ошибку, то она обернется катастрофой. Ему нужен был совет, совет бесстрастный и точный.

И папа его получил. Большой неожиданностью для всех было появление в римской партии нового игрока. Можно было бы долго ломать себе голову, пытаясь понять, как друг Исаака Ньютона, член Лондонской академии наук, изобретатель арифмометра и профессор математики падуанского университета Джованни Полени, весьма далекий от церковного мира, вдруг оказался в Риме, получил доступ ко всем секретным документам и самому Куполу. Официально его никто не приглашал. 

Однако, если посмотреть на биографию папы, то туман таинственности рассеивается. Бенедикт XIV, до избрания папой, Просперо Лоренцо Ламбертини, хоть и не был родом из очень богатой семьи, получил прекрасное образование и стал архиепископом в своей родной Болонье. На протяжении многих лет он окружал себя лучшими умами Болонского Университета и не только, проводя много времени с людьми из научного мира, который и принес ему знакомство с профессором Полени. 

 Стоит ли говорить, что Джованни Полени друзей себе в Риме не завел, а вот недруга в лица главного архитектора  Луиджи Ванвителли заработал сразу. Снос и перестройка купола для Ванвителли были даром фортуны, который теперь он рисковал потерять из-за вновь прибывшего. Вместе с комиссией из трех математиков архитектор продолжал настаивать на том, что барабан слишком узкий. Что такая конструкция купола в принципе невозможна. 

Однако Полени разбил их доводы весьма оригинально, заявив, что они противоречат объективным фактам: купол был построен и пока стоит, значит его конструкция все-таки возможна. С другой стороны, положение профессора была незавидным. На нем лежала огромная ответственность. Ошибка могла привести либо к гибели людей, либо к гибели одного из величайших архитектурных сооружений.

И Полени решил поверить. Он решил просто поверить в гений Микеланджело и опустить анализ барабана, созданный великим флорентинцем. Действительно, науке еще понадобится время, чтобы понять замысел Буонарроти. Контрфорсы, которые он создал, были далеки от простого украшения. Они увеличивали грузоподъёмность барабана в разы, без необходимости делать его толще. Именно здесь и была ошибка комиссии из трех математиков во главе с архитектором, которые считали грузоподъёмность барабана, исключительно отталкиваясь от его толщины. 

Теперь Полени сосредоточился только на самом Куполе. Да, конечно, было бы лучше, если бы он был легче и даже выше. Но, разбирать его не было никакой необходимости. Реставрации будет вполне достаточно. Нужно лишь закрыть трещины кирпичной кладки цементом и стянуть Купол пятью железными кольцами. 

Эта относительно простая реставрация стоила Ватикану совсем небольших средств и сохранила Купол. Сегодня те, кто на него поднимаются, могут обнаружить в нескольких местах выступы этих колец, выходящие из-под травертиновых плит, которыми они защищены. 

После окончания работ Джованни Полени вернулся в Падую. Он продолжил заниматься наукой и преподавать в университете. Профессор даже написал книгу о своей работе над Куполом, которая не принесла ему ни больших денег, ни славы. И тем не менее, его имя может стать в ряд с именами Микеланджело и Делла Порта. Ведь не прояви Полени смелость поверить в гений Микеланджело, не было бы сегодня над Ватиканом прекрасного Купола, парящего в римском небе.